Ягоды зимой расцветают

Я люблю зиму, за её белый окрас и чистоту на улицах, люблю за этот мягкий и пушистый снег. Сегодня я проснулась на удивление рано, странно потому что на дворе холодный январь, зимние каникулы, но по привычке просыпаюсь рано, от школы, я смотрю, неизгладимый след. Видимо, мама поздной ночью уехала на командировку по работе, а папа... а папа умер семь лет назад в автокатастрофе, зимой в январе, именно в это число, пятом январем, холодным вечером. Тогда мне было девять, я ничего не понимала, а сейчас мне шестнадцать и я очень сожалею и скучаю по моему папочке. В семье я единственный ребёнок, самая любимая и самая избалованная. Если честно, я не очень общительна, у меня есть только две подруги  —  это Елизавета и Софа, а с парнями я вообще не общаюсь с первого класса, не знаю почему.

Утро было скучноватым, я просидела у себя дома, а вечером ко мне пришла Елизавета и пригласила на прогулку по лесу, сначала я сопротивлялась, но она меня уговорила, ведь Соня болеет, а ей одной скучно понимаете ли. Хотя я и сама хотела давно выбраться из четырех стен, но почему именно вечером! Другого время не ншлось и где ты была утром, а?! Да уж, я боюсь вечернего леса зимой, так как я много смотрю страшные фильмы —  ужастики и аниме с жанром ужасы.

 — Хорошо, Лиза, пойду, только оденусь потеплее, —  сказала я.

К странности, нацепила на себя длинное платье цвета алого, это атлас. Лизка была одета в синие джинсы и феолетовую кофту. Мы одели пуховики и отправились в лес.

В лесу было ещё немножко светло. Мы смеялись и разговаривали о чём то, короче говоря — весело проводили время. Мне по-тихоньку становилось холоднее и холоднее, Елизавета тоже стала мерзнуть.

 — Лиз, мне холодно! А тебе?

Мы присели и прижались к друг другу, обнявшись, чтобы не потерять тепло. Увидев машину, она кинулась к ней. Автомобиль остановился, Лиза встала, остановившись, у ели, покрытой снегом. Началась метель при этом сильная, луна скрылась за облаками и стало очень темно. Мне стало страшно, я испугалась, потому что у меня стало появляться плохое предчувствие. Моё нутро меня еще не подводило. Я насторожилась. Елиза всегда была безбашенной и сильно доверчивой, зачем же так бежать к незнакомой машине. Стали появляться два рослых мужика, лица которых я не смогла разглядеть, как не старалась, может они добрые? Но чёрт, доверия Они не внушают! Один из них, подойдя к Лизе, мертвой хваткой схватил за руку мою Лизоньку. Я не знала, что делать... Бежать прочь от этого места и забыть об случившемся? Но это ведь моя подруга! Я решила пойти на них танком, хоть шансов на победу не было. Добежав до них, я попыталась ударить в их "достоинство", но их двое, а я одна, при чем полная слабачка, что же движет мной? Знаю же, что проиграю. Они избили нас до потери сознания. В глазах мутнело, тело, всё ломилось от боли, кричать я не могла, они и подушить успели. В конце концов "наигравшись" они положили нас в багажник автомобиля.

Ехали мы очень долго и по ходу находились уже далеко от леса. Я ничего не смогла сделать. Я чувствовала плохое и не зря. К счастью, я оклималась во время пути, первее, чем Лиза, эти гады что-то нам вкололи, чтоб мы уснули. Противно! Проснувшись, я стала рваться к свободе, вот только моя подруга никак не просыпалась и багажник был тесен для нас обоих. Я ударила багажник чуть сильнее и слава богу — он открылся, видимо они плохо закрыли, точнее заперли её. Я вылетела кубарем с дороги и подтянула за собой спящую Лизу, болевшее тело ещё больше изныло. Мы вывалились на покрытый льдом асфальт и жутко больно ударились. Я не желала умирать, я не хотела терять подругу, я не хотела, чтоб они меня отвезли в свой горем или куда-нибудь пострашнее. Сделав кувырок, выкатилась подальше от асфальта, а то нас могли раздавить другие машины, те мужчины, наверное, пока не заметили, что мы убежали, если это падение можно назвать этим словом.

Елиза, как на зло, не просыпается, я её тяну к себе. Итого: Вот мы уже лежим вместе на снегу. Я харькнула кровью и вытерла рукавом закрытого платья, перевернув Лизу лицом к небу, я закрыла её своим пуховиком. Если нам суждено будет выжить, то пусть живет она. Вскоре я невольно потеряла свое сознание. Глаза не слушаются, закрываются, тело будто не моё. Этого не избежать. Я тоже впускаюсь в глубокий сон, сон от этого яда, что дали мне, те падонки. Но жить хочется...